Российский Правовой Портал

Обзор судебной практики по гражданским делам за сентябрь 2015 года

Текст документа по состоянию на июль 2016 года
Вопросы применения норм материального права

Качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода

В мае 2014 года Р. и ИП С. в устной форме заключен договор подряда, по условиям которого последний обязался произвести работы по возведению забора на принадлежащем Р. земельном участке.
Р. в счет оплаты работ и материала переданы ИП С. денежные средства в сумме 130000 руб.
В декабре 2014 года Р. была инициирована экспертиза качества работ, которая проведена Белгородским филиалом ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России. Согласно экспертному заключению возведенный забор не соответствует эксплуатационным показателям и находится в недопустимом состоянии, не обеспечивает возможность эффективного использования земельного участка с соблюдением необходимого уровня безопасности и не обеспечивает благоприятных условий проживания. Помимо этого, эксперт сделал вывод о том, что забор не соответствует требованиям нормативных документов по строительству.
Р. направила в адрес С. претензию, в которой, сославшись на то, что забор не соответствует эксплуатационным показателям и находится в недопустимом состоянии, просила возвратить ей оплаченные 130000 руб.
Указанные требования оставлены без удовлетворения.
Дело инициировано Р., которая, сославшись на ненадлежащее качество выполненных работ, просила взыскать с ИП С. в счет возмещения ущерба 130000 руб., компенсацию морального вреда - 50000 руб., неустойку - 130000 руб., штраф - 65000 руб. и судебные расходы - 11400 руб.
Решением суда иск удовлетворен частично.
С ответчика в пользу истицы взысканы 130000 руб. - в счет оплаты работ и материала, неустойка - 30000 руб., компенсация морального вреда - 10000 руб., штраф - 85000 руб. и судебные расходы - 11400 руб.
На истицу возложена обязанность после вступления решения в законную силу и выплаты ответчиком взысканных денежных средств, возвратить ответчику использованные материалы, израсходованные на возведение забора.
Одновременно с ответчика в доход бюджета муниципального района "Яковлевский район" взыскана государственная пошлина - 4700 руб.
Решение отменено в апелляционном порядке.
Признавая обоснованными требования истицы, суд первой инстанции исходил из того, что возведенный ответчиком забор был выполнен с недостатками.
Указанный вывод суда основан на представленном истицей экспертном заключении, согласно которому возведенный забор не соответствует эксплуатационным показателям и находится в недопустимом состоянии, не обеспечивает возможность эффективного использования земельного участка, рационального ведения хозяйственной деятельности с посадкой сада и огорода, соблюдением необходимого уровня безопасности и не обеспечивает благоприятных условий проживания семьи истицы, а также не соответствует требованиям нормативных документов по строительству.
Частью 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ предусмотрено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.
В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, при этом никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Анализ представленного истицей экспертного заключения свидетельствует о том, что эксперт пришел к выводу о несоответствии возведенного ответчиком забора потребительским свойствам, которым должен обладать таковой. При этом, согласно исследовательской части вышеупомянутого экспертного заключения такой вывод сделан по причине наличия зазора от поверхности земли до низа забора, недостаточно надежного крепления сетки к направляющим забора и отсутствия заглушек для стоек из трубы.
Согласно ч. 1 ст. 702 Гражданского кодекса РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.
Статьей 721 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода.
Сторонами по настоящему делу договор или иной документ, содержащий условия выполнения работ ответчиком и требования, которым должен отвечать забор, в письменной форме не составлялись.
Возражая против иска, ответчик указывал на то, что в соответствии с достигнутыми с истицей устными договоренностями, он должен был возвести забор аналогичный построенному им забору у соседей истицы, при этом зазор в нижней части забора предполагался, так как истица намеревалась повысить уровень участка за счет укладки тротуарной плитки.
Такая позиция ответчика соответствует представленным им фотоматериалам, согласно которым забор, установленный на земельном участке смежном с участком истицы, также имеет зазор в нижней части, который устранен при укладке тротуарной плитки.
При изложенных обстоятельствах у судебной коллегии не имеется оснований для вывода о нарушении ответчиком достигнутых с истицей договоренностей.
Как следствие этого, само по себе выявление экспертом зазора в нижней части забора не может свидетельствовать о недостатках последнего.
По причине отсутствия письменного документа, отражающего параметры подлежащего возведению ответчиком забора, не может быть признано недостатками работы и отсутствие заглушек для стоек из трубы, а также необрамление сетки-рабицы в металлические секции.
Оснований полагать, что указанный способ крепления сетки и установка заглушек являются обязательными элементами забора, без которых он не может быть использован по своему целевому назначению, у судебной коллегии не имеется.
Ссылки в экспертизе на "недостаточно надежное крепление сетки" не свидетельствуют о том, что примененный ответчиком метод крепления сетки не обеспечивает выполнения забором своих функций. Кроме того, указанный вывод эксперта не является однозначным, а следовательно, не позволяет отнести указанное обстоятельство к недостаткам забора.
При изложенных обстоятельствах отраженные в экспертном заключении выводы не могут свидетельствовать о наличии недостатков, способных являться основаниями для применения к ответчику мер ответственности, предусмотренных Законом РФ "О защите прав потребителей".
По этим причинам иск ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих ненадлежащее качество выполненных ответчиком работ, подлежит отклонению.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности

Д. обратился с иском о взыскании суммы долга к своему сыну Ю., сославшись на то, что согласно расписке от 12.05.2012 Ю. обязался в течение 2-х лет с момента написания расписки выплатить Д. 120000 руб., оплаченных им за обучение в Губкинском филиале Московского государственного открытого университета. Поскольку Ю. до настоящего времени взятые на себя обязательства не исполнил, истец просил взыскать с ответчика денежные средства в размере 120000 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 1000 руб.
Решением суда заявленные истцом требования удовлетворены в полном объеме.
Решение отменено в апелляционном порядке.
Согласно условиям договора о подготовке специалиста в Московском государственном открытом университете университет принял на обучение Ю. На основании приказа от 18.09.2008 Ю. был переведен на заочную форму обучения за счет средств физических и юридических лиц, а 10.08.2010 был отчислен из учебного заведения.
Факт оплаты Д. за обучение сына подтверждается квитанциями от 06.07.2006, 09.07.2007 и от 28.07.2009.
Согласно расписке от 12.05.2012 Ю. обязался в течение 2-х лет с момента написания расписки выплатить Д. 120000 руб., оплаченных им за обучение в Губкинском филиале Московского государственного открытого университета.
Удовлетворяя иск, суд первой инстанции сослался на ст. ст. 307, 309, 314 ГК РФ и на то, что в установленный в расписке срок ответчиком не исполнены принятые на себя обязательства. С данными выводами суда согласиться нельзя.
В соответствии со ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п. либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.
На основании п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
Как следует из положений ст. 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.
Однако согласно материалам дела никаких денежных или имущественных обязательств у ответчика перед истцом не существовало, истец добровольно оплачивал за обучение своего сына, который на начало обучения (28.07.2005) являлся несовершеннолетним - 05.11.1987 года рождения.
Представленные истцом квитанции лишь удостоверяют факт внесения на счет учебного заведения денежной суммы и не могут рассматриваться как доказательство наличия между сторонами соглашения об установлении заемных обязательств или неосновательном обогащении ответчика в силу следующего.
Так, вступившим в законную силу 03.03.2015 решением суда по иску Д. к Ю. о взыскании долга по договору займа и процентов за пользование денежными средствами и встречному иску Ю. к Д. о признании недействительным договора займа установлено, что заемные отношения между сторонами отсутствовали, факт заключения договора займа не нашел своего подтверждения, что имеет преюдициальное значение по данному делу и в силу ч. 2. ст. 61 ГПК РФ указанные обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Кроме того, не нашло своего подтверждения и то обстоятельство, что ответчик неосновательно обогатился за счет истца.
В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.
Согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: обогащение одного лица за счет другого; приобретение или сбережение имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований. При этом бремя доказывания наличия данных обстоятельств лежит именно на лице, обратившемся в суд с требованиями о взыскании неосновательного обогащения.
По смыслу указанной нормы не подлежит возврату неосновательное обогащение в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего либо с благотворительной целью.
В связи с изложенным, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу о возврате неосновательного обогащения, являются не только факты приобретения имущества за счет другого лица при отсутствии к тому правовых оснований, но и факты того, что такое имущество было предоставлено приобретателю лицом, знавшим об отсутствии у него обязательства перед приобретателем либо имевшим намерение предоставить его в целях дара.
Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
На основании ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Поскольку несение истцом расходов по оплате обучения сына произведено добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны ответчика, что предполагает безвозмездность отношений, так как истцом перечислены денежные средства по несуществующему обязательству, о чем истцу было известно, в соответствии с п. 4 ст. 1109 ГК РФ указанная денежная сумма не подлежит возврату.

Обращение гражданина, имеющего право на государственную социальную помощь в виде набора социальных услуг, с заявлением о предоставлении путевки, к которому приложены необходимые документы, подтверждающие нуждаемость в санаторно-курортном лечении по состоянию на соответствующий календарный период, является юридическим фактом, обусловливающим начало правоприменительной процедуры, в рамках которой путевки на санаторно-курортное лечение должны предоставляться таким гражданам в последовательности, определяемой датой регистрации их заявлений

Согласно справке МСЭ-2012 Ч. является инвалидом 3 группы и имеет право на получение санаторно-курортного лечения на основании Федерального закона от 17.07.1999 N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи".
Дело инициировано иском Ч., которая просила признать незаконными действия Государственного учреждения - Белгородское региональное отделение Фонда социального страхования РФ по непредоставлению путевки на санаторно-курортное лечение за 2014 год и возложить обязанность на ГУ - Белгородское региональное отделение Фонда социального страхования РФ предоставить путевку на санаторно-курортное лечение.
Решением суда исковые требования удовлетворены. Признаны незаконными действия Государственного учреждения - Фонда социального страхования РФ по непредоставлению Ч. санаторно-курортной путевки за 2014 год, возложена обязанность на Государственное учреждение - Белгородское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации предоставить Ч. путевку на санаторно-курортное лечение за 2014 год и выплатить судебные расходы по делу в сумме 300 руб.
Решение отменено в апелляционном порядке.
Согласно ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы. Оснований для выхода за пределы доводов, изложенных в апелляционной жалобе, у суда в этом деле не имеется.
Федеральным законом от 17 июля 1999 г. N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи" предусмотрены категории граждан, имеющих право на получение государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг, в том числе инвалиды.
Статьей 6.2 названного Федерального закона в состав предоставляемого гражданам набора социальных услуг включено предоставление при наличии медицинских показаний путевки на санаторно-курортное лечение, осуществляемое в соответствии с законодательством об обязательном социальном страховании.
В силу ч. 2 ст. 6.3 указанного Закона периодом предоставления гражданам социальных услуг в соответствии с настоящей главой является календарный год.
В случае если гражданин в течение календарного года приобрел право на получение социальных услуг в соответствии с настоящей главой, периодом предоставления ему социальных услуг является период с даты приобретения гражданином права на получение социальных услуг до 31 декабря текущего года.
Согласно п. 3.3 Порядка предоставления набора социальных услуг отдельным категориям граждан, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 29 декабря 2004 г. N 328, путевки на санаторно-курортное лечение приобретаются Фондом социального страхования Российской Федерации.
В соответствии с п. 3.7 указанного Порядка при наличии справки для получения путевки граждане обращаются с заявлением о предоставлении санаторно-курортной путевки в исполнительные органы Фонда социального развития Российской Федерации или органы социальной защиты населения, с которыми исполнительный орган Фонда социального страхования Российской Федерации заключил соглашение о совместной работе по обеспечению граждан путевками на санаторно-курортное лечение, по месту жительства до 1 декабря текущего года для последующей передачи заявлений в исполнительные органы Фонда.
Согласно п. 3.9 Порядка исполнительные органы Фонда и органы социальной защиты населения по месту жительства выдают гражданам санаторно-курортные путевки в соответствии с их заявлениями и справками для ее получения.
Объем необходимых денежных средств для целей исполнения требований Федерального закона "О государственной социальной помощи", в том числе в части обеспечения путевками на санаторно-курортное лечение, определяется заблаговременно до принятия федерального закона о федеральном бюджете на новый финансовый год исходя из норматива финансовых затрат в месяц на одного гражданина, получающего государственную социальную помощь в виде социальной услуги по санаторно-курортному лечению, ежегодно утверждаемого Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации, и численности граждан, включенных в Федеральный регистр лиц, имеющих право на получение государственной социальной помощи, по состоянию на 1 октября года, предшествующего очередному году, в котором указанные граждане будут иметь право на получение набора социальных услуг (пункт 2 Методики расчета объема средств, предусмотренных на финансовое обеспечение расходов по предоставлению гражданам государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 декабря 2013 года N 1294).
Кроме того, в необходимых случаях объем финансирования может быть скорректирован с учетом изменения количества граждан, имеющих право на государственную социальную помощь в виде набора социальных услуг. Отражая такую динамику в Федеральном регистре лиц, имеющих право на получение социальной помощи, Пенсионный фонд Российской Федерации ежеквартально направляет одновременно в Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации и Министерство здравоохранения Российской Федерации сведения о численности граждан, имеющих право на получение государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг, по состоянию на 1 апреля, 1 июля и 1 октября текущего года.
Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации на основании поступивших сведений осуществляет расчет дополнительного объема финансирования расходов по предоставлению гражданам путевок на санаторно-курортное лечение и направляет его в Министерство финансов Российской Федерации с предложением по внесению изменений в сводную бюджетную роспись федерального бюджета в части уменьшения Пенсионному фонду Российской Федерации трансфертов, предусмотренных на выплату ежемесячной денежной выплаты, с одновременным увеличением бюджетных ассигнований на обеспечение граждан путевками на санаторно-курортное лечение (пункт 25 Правил финансового обеспечения расходов по предоставлению гражданам государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2004 года N 864).
Денежные средства, предусмотренные в федеральном бюджете на реализацию мер социальной помощи отдельным категориям граждан по предоставлению путевок на санаторно-курортное лечение и проезду на междугородном транспорте к месту лечения и обратно, направляются в виде межбюджетных трансфертов Фонду социального страхования Российской Федерации, который распределяет их по территориальным отделениям на основании представленных ими бюджетных заявок и перечисляет санаторно-курортным учреждениям в соответствии с заключенными с ними договорами (пункты 4, 11, 19 - 21 указанных Правил).
При разрешении спора суд первой инстанции исходил из того, что истица своевременно обратилась к ответчику с заявлением о предоставлении ему путевки на санаторно-курортное лечение за 2014 год, приложив все необходимые медицинские документы о нуждаемости в таком лечении, в связи с чем ей не может быть отказано в предоставлении государственной социальной помощи в виде обеспечения путевкой на санаторно-курортное лечение со ссылкой на недостаточное поступление финансовых средств из федерального бюджета в региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации.
Оспариваемый судебный акт мотивирован тем, что недостаточность финансирования и большое количество лиц, имеющих право на данный вид льгот, при наличии у гражданина права на обеспечение путевкой на санаторно-курортное лечение не являются основанием для отказа в судебной защите таких прав. Право инвалида на получение санаторно-курортного лечения в качестве средства реабилитации не ставится в зависимость от наличия или отсутствия в данном регионе иных лиц, нуждающихся в таком лечении. В Законе также нет положения о реализации гражданином такого права в порядке очередности.
Между тем, судом не была учтена правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в его Определении от 03.04.2014 N 686-О, согласно которой обращение гражданина, имеющего право на государственную социальную помощь в виде набора социальных услуг, с заявлением о предоставлении путевки, к которому приложены необходимые документы, подтверждающие нуждаемость в санаторно-курортном лечении по состоянию на соответствующий календарный период, является юридическим фактом, обусловливающим начало правоприменительной процедуры, в рамках которой путевки на санаторно-курортное лечение должны предоставляться таким гражданам в последовательности, определяемой датой регистрации их заявлений. Иными словами, не исключается установление очередности обеспечения граждан путевками на санаторно-курортное лечение, что - при условии соблюдения указанной последовательности - согласуется с конституционными принципами справедливости и равенства, а также с требованиями статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Соответственно, если гражданин в установленном порядке обратился с заявлением о предоставлении ему путевки на санаторно-курортное лечение, подтвердив свое право на получение государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг, наличие показаний и отсутствие противопоказаний для санаторно-курортного лечения, но в течение календарного года не был обеспечен такой путевкой, данная услуга не считается предоставленной, и он сохраняет за собой право на ее предоставление. Проверка соблюдения порядка предоставления путевки на санаторно-курортное лечение, в том числе с учетом содержания и сроков реализации индивидуальной программы реабилитации инвалида, а также исходя из оценки иных возможностей его медицинской реабилитации может быть осуществлена судами общей юрисдикции.
Как указал Конституционный Суд РФ в Определении от 24 декабря 2013 г. N 1923 - О, положения частей 2, 3 и 4 статьи 6.3 Федерального закона "О государственной социальной помощи" посредством определения периода предоставления социальных услуг, порядка и сроков подачи заявления об отказе от их получения в следующем году устанавливают основные элементы механизма реализации права на государственную социальную помощь в виде набора социальных услуг, включая право на предоставление путевки на санаторно-курортное лечение, и при этом сами по себе не регулируют порядок предоставления путевок на санаторно-курортное лечение (как в рамках указанного периода, так и за его пределами), а потому не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права граждан в указанном заявителем аспекте.
Принимая решение, обязывающее ГУ - Фонд социального страхования, предоставить Ч. путевку на санаторно-курортное лечение за 2014 год, судом не приняты во внимание права иных граждан - получателей набора социальных услуг, состоящих на учете для получения путевок на санаторно-курортное лечение по Белгородской области, заявления которых о предоставлении путевки были зарегистрированы ранее обращения Ч. в территориальный орган Фонда социального страхования Российской Федерации по данному вопросу.
Заявление Ч. от 25 февраля 2014 г. о предоставлении санаторно-курортной путевки в 2014 году было рассмотрено Белгородским региональным отделением Фонда социального страхования Российской Федерации в установленном законом порядке, 25.02.2014 она была принята на учет для обеспечения санаторно-курортным лечением в очередь под регистрационным номером 106905.
Следовательно, путевка на санаторно-курортное лечение должна быть предоставлена Ч. исходя из последовательности, определяемой датой регистрации ее заявления.
Согласно представленной справке номер очереди Ч. на 06.04.2015 составил 3471, а по состоянию на 29.09.2015 - 2944.
Удовлетворяя заявленные требования, суд не принял во внимание, что Федеральным законом от 17 июля 1999 г. N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи" и Порядком предоставления набора социальных услуг не предусмотрено внеочередное и первоочередное предоставление санаторных путевок инвалидам. В данном случае истица обратилась с заявлением о предоставлении путевки 25.02.2014, ее очередь была под N 106905. Таким образом, на конец календарного 2014 года очередь истицы на путевку с учетом последовательности, определяемой датой регистрации заявлений, не подошла.
Кроме того, истице была предоставлена санаторно-курортная путевка в 2014 году с заездом с 21.08.2014 за 2013 год по решению суда, ранее с 2009 года она также ежегодно реализовала свое право на бесплатное санаторно-курортное лечение за счет Фонда социального страхования.

Право пользования жилым помещением, принадлежащим новому собственнику, не может быть сохранено на определенный срок за членом семьи прежнего собственника

Е. на основании договора купли-продажи с рассрочкой платежа от 3 марта 2015 г. является собственником жилого дома, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним <***> марта 2015 г. сделана запись регистрации.
В указанном доме без регистрации по месту жительства проживают И., Т., В., 21.11.1997 года рождения, А., П., 12.12.2010 года рождения, которые были вселены в дом прежним собственником.
Настоящее гражданское дело инициировано исковым заявлением Е. Ссылаясь на состоявшийся переход права собственности, прекращение права пользования домом членами семьи прежнего собственника, истец просила признать указанных лиц прекратившими право пользования жилым помещением.
Решением суда от 1 июня 2015 г. исковые требования признаны обоснованными и удовлетворены полностью. Суд прекратил право пользования и выселил ответчиков из принадлежащего истцу дома, сохранив за И., В., А. и П. право пользования жилым домом до 1 декабря 2015 г.
Решение отменено в апелляционном порядке в части сохранения за ответчиком права пользования жилым домом на определенный срок.
Сохраняя за ответчиками право пользования принадлежащим истцу домом на определенный срок, суд руководствовался частью 4 ст. 31 ЖК РФ. Согласно этой норме в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда.
Вместе с тем, ответчики были вселены в жилой дом в качестве членов семьи прежнего собственника, членами семьи нового собственника Е. ответчики не являлись и в данном качестве в жилой дом вселены не были. При переходе права собственности на указанный жилой дом к Е. соглашение между Е. и членами семьи прежнего собственника о пользовании ими жилым помещением не заключалось.
При таких обстоятельствах у суда не было законных оснований для применения части 4 ст. 31 ЖК РФ.
Сохраняя за ответчиками право пользования принадлежащим истцу жилым домом на определенный срок, суд первой инстанции исходил из того, что у ответчиков нет в собственности или в пользовании иных помещений для проживания, несовершеннолетний В. не может самостоятельно реализовать свои жилищные права участника долевой собственности на квартиру в г. Смоленске, у ответчиков отсутствует доход, позволяющий в короткий срок обеспечить себя иным жилым помещением. При этом суд не учел, что ответчики зарегистрированы в жилом помещении по иному адресу.

Процессуальные вопросы

Арбитражным судам неподведомственны споры между супругами при разделе общего имущества

П. и З. состояли в браке по 15.03.2012. После расторжения брака раздел совместно нажитого имущества не производили. З. являлся учредителем ООО "Л" и имел 50% доли в уставном капитале.
13.11.2014 З. умер.
П. обратилась в суд с требованием к ООО "Л", к участнику общества Л. о разделе совместно нажитого имущества супругов в равных долях, признании за ней права собственности на 1/4 долю в уставном капитале общества и прибыли общества.
Определением районного суда производство по делу прекращено в связи с его не подведомственностью суду общей юрисдикции.
Определение отменено в апелляционном порядке.
В соответствии со ст. 33 АПК Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела по спорам, указанным в статье 225.1 АПК Российской Федерации.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 225.1 АПК Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, а также в некоммерческом партнерстве, ассоциации (союзе) коммерческих организаций, иной некоммерческой организации, объединяющей коммерческие организации и (или) индивидуальных предпринимателей, некоммерческой организации, имеющей статус саморегулируемой организации в соответствии с федеральным законом (далее - корпоративные споры), в том числе по следующим корпоративным спорам: споры, связанные с принадлежностью акций, долей в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ и товариществ, паев членов кооперативов, установлением их обременении и реализацией вытекающих из них прав, за исключением споров, вытекающих из деятельности депозитариев, связанной с учетом прав на акции и иные ценные бумаги, споров, возникающих в связи с разделом наследственного имущества или разделом общего имущества супругов, включающего в себя акции, доли в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ и товариществ, паи членов кооперативов.
По смыслу данной нормы права, арбитражным судам неподведомственны споры между супругами при разделе общего имущества.
Прекращая производство по делу о разделе имущества супругов, суд полагал, что характер возникших правоотношений между сторонами свидетельствует о наличии корпоративного спора, неподведомственного суду общей юрисдикции, поскольку такое заявление подлежит рассмотрению в ином судебном порядке, то есть арбитражным судом.
Судебная коллегия считает, что данные выводы не соответствуют требованиям действующего законодательства, поскольку согласно п. 2 ч. 1 ст. 225.1 АПК Российской Федерации корпоративным является спор, связанный с принадлежностью долей в уставном капитале, установлением их обременения и реализацией вытекающих из них прав.
Как следует из искового заявления, истцом не заявлялись требования, связанные с принадлежностью долей в уставном капитале ООО "Л", установлением их обременения и реализацией вытекающих из них прав.
П., по сути, ставится вопрос о разделе имущества супругов и выделении ее супружеской доли в уставном капитале общества и части прибыли, полагая, что таковая является совместно нажитым имуществом.
Разрешение заявленных требований не влечет изменения состава участников общества и не влияет на деятельность указанного общества.
В связи с изложенным, заявленный спор не может быть признан корпоративным спором и у суда первой инстанции отсутствовали основания для прекращения производства по делу в связи с неподведомственностью его суду общей юрисдикции.

Процессуальное действие, для совершения которого установлен процессуальный срок, может быть совершено до двадцати четырех часов последнего дня срока. В случае если жалоба, документы или денежные суммы были сданы в организацию почтовой связи до двадцати четырех часов последнего дня срока, срок не считается пропущенным

С. обратилась в суд с заявлением к Белгородскому районному отделу УФССП России по Белгородской области о взыскании незаконно удержанных денежных средств в сумме 5617,74 руб., процентов за незаконное пользование чужими денежными средствами в сумме 417,26 руб., возмещения морального вреда в сумме 20000 руб., расходов по уплате госпошлины за рассмотрение дела в суде в сумме 400 рублей.
Определением судьи заявление оставлено без движения. Заявителю предложено устранить недостатки, а именно: предоставить в адрес суда в срок до 29 июля 2015 года исковое заявление, соответствующее требованиям ст. ст. 131 - 132 ГПК РФ, а также документы, подтверждающие уплату госпошлины в полном размере.
В связи с тем, что в установленный срок не исполнены указания, изложенные в определении, 30 июля 2015 года исковое заявление возвращено С.
В соответствии с положениями Федерального закона от 8 марта 2015 года N 22-ФЗ "О введении в действие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации" частная жалоба разрешена апелляционной инстанцией в соответствии с процессуальным законом, действующим на момент рассмотрения жалобы - Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, определение отменено.
Так, согласно ч. 1 ст. 136 ГПК РФ судья, установив, что исковое заявление подано в суд без соблюдения требований, установленных в статьях 131 и 132 ГПК РФ, выносит определение об оставлении заявления без движения, о чем извещает лицо, подавшее заявление, и предоставляет ему разумный срок для исправления недостатков.
По смыслу ч. 2 названной статьи ГПК РФ, заявление считается неподанным и возвращается заявителю со всеми приложенными к нему документами только в случае, если заявитель не выполнит в установленный срок указания судьи, перечисленные в определении об оставлении иска без движения.
В силу ч. 1 ст. 107 ГПК РФ процессуальные действия совершаются в процессуальные сроки, установленные федеральным законом. В случаях если сроки не установлены федеральным законом, они назначаются судом.
Согласно части 3 статьи 108 ГПК РФ процессуальное действие, для совершения которого установлен процессуальный срок, может быть совершено до двадцати четырех часов последнего дня срока. В случае если жалоба, документы или денежные суммы были сданы в организацию почтовой связи до двадцати четырех часов последнего дня срока, срок не считается пропущенным.
Как следует из представленного материала, оставляя заявление С. без движения, суд предоставил заявителю срок для устранения недостатков - до 29 июля 2015 года включительно.
Согласно почтовому конверту 29 июля 2015 года заявителем было сдано заказное письмо с уточненным исковым заявлением в отделение почтовой связи, которое поступило в суд первой инстанции 4 августа 2015 года.
Из содержания уточненного иска и перечня приложенных к нему документов усматривается, что С. уточнила заявление в соответствии с требованиями суда, приложила квитанцию об уплате госпошлины.
Исходя из положений ч. 3 ст. 108 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации С. своевременно подала заявление во исполнение определения суда об оставлении заявления без движения.
При таких обстоятельствах возвращение искового заявления 30 июля 2015 года было преждевременным, без учета движения почтовой корреспонденции.

Рассматривая заявление судебного пристава-исполнителя о прекращении исполнительного производства в случае смерти должника, суду следует принять во внимание положения п. 1 ч. 1 ст. 40 Федерального закона "Об исполнительном производстве", предусматривающие основания приостановления исполнительного производства до выяснения возможности перехода требований или обязанностей к правопреемнику умершего

Решением Белгородского районного суда Белгородской области от 7 августа 2014 года с Ч. в пользу ОСАО "И" в порядке регресса взыскана сумма страхового возмещения в размере 78680 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2560,40 руб.
На основании исполнительного листа, выданного Белгородским районным судом Белгородской области, 01.12.2014 судебным приставом-исполнителем Белгородского районного отдела судебных приставов УФССП по Белгородской области 12.03.2015 возбуждено исполнительное производство в отношении должника Ч. в пользу взыскателя ОСАО "И". 31.05.2015 Ч. умер.
Судебный пристав-исполнитель Белгородского районного отдела судебных приставов УФССП по Белгородской области обратилась в суд с заявлением прекращении указанного исполнительного производства в связи со смертью должника.
Определением Белгородского районного суда Белгородской области от 10 июля 2015 года исполнительное производство в отношении Ч. прекращено.
Определение отменено в апелляционном порядке.
В соответствии с ч. 1 ст. 439 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исполнительное производство прекращается судом в случаях, предусмотренных Федеральным законом "Об исполнительном производстве".
Согласно п.п. 1 п. 1. ст. 43 Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" исполнительное производство прекращается судом, в том числе, в случае смерти взыскателя-гражданина (должника-гражданина), объявления его умершим или признания безвестно отсутствующим, если установленные судебным актом, актом другого органа или должностного лица требования или обязанности не могут перейти к правопреемнику и не могут быть реализованы доверительным управляющим, назначенным органом опеки и попечительства.
Удовлетворяя заявление судебного пристава-исполнителя о прекращении исполнительного производства, суд первой инстанции сослался только на факт смерти должника-гражданина.
Между тем, выводы суда о невозможности продолжения исполнительного производства после смерти должника нельзя признать правильными, поскольку даже в этом случае закон допускает взыскание истребуемых по исполнительному документу денежных средств или имущества за счет правопреемников должника, если характер обязательства, из которого возникла задолженность, неразрывно не связан с личностью должника.
Материалами дела подтверждается, что обязательство Ч. перед ОСАО "И" возникло вследствие совершенного им дорожно-транспортного происшествия, в результате которого им был нанесен вред автомобилям, принадлежащим А. и М.
На момент указанного дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность собственника транспортного средства была застрахована в ОСАО "И". Автомобилем управлял Ч., не будучи вписан в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению автомобилем. Страховая компания произвела выплату денежных средств потерпевшим и обратилось в суд с иском к виновнику ДТП о возмещение денежных средств в порядке регресса. Требования признаны судом обоснованными в части.
Согласно п. 1 ст. 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент.
Статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами.
Поскольку обязанность Ч. непосредственно не связана с возмещением вреда личности и здоровью, не носит характера, неразрывно связанного с личностью должника, судебная коллегия полагает возможным осуществление правопреемства обязательства Ч. перед ОСАО "И" по выплате денежных средств.
Рассматривая заявление судебного пристава-исполнителя, судом не приняты во внимание положения п. 1 ч. 1 ст. 40 Федерального закона "Об исполнительном производстве", предусматривающие основания приостановления исполнительного производства судебным приставом-исполнителем, в том числе в случае смерти должника до выяснения возможности перехода требований или обязанностей к его правопреемнику, а также положения ст. 52 названного Закона, направленные на осуществление правопреемства.
При вынесении оспариваемого определения судом первой инстанции не было учтено, что в случае прекращения исполнительного производства в связи со смертью должника повторное возбуждение исполнительного производства будет невозможно, так как согласно п. 5 ч. 1 ст. 31 Федерального закона "Об исполнительном производстве" судебный пристав-исполнитель выносит постановление об отказе в возбуждении исполнительного производства, если исполнительный документ был ранее предъявлен к исполнению и исполнительное производство по нему было прекращено по основаниям, установленным ст. 43 и ч. 14 ст. 103 указанного Федерального закона.
При таких обстоятельствах определение Белгородского районного суда Белгородской области от 10 июля 2015 года о прекращении исполнительного производства в отношении Ч.В.Г. не может быть признано законным и обоснованным и подлежит отмене с вынесением нового определения об отказе в удовлетворении требований судебного пристава-исполнителя.

Время занятости адвоката исчисляется в днях, в которые адвокат был фактически занят выполнением поручения по соответствующему уголовному делу вне зависимости от длительности работы в течение дня. При этом закон не предусматривает право суда уменьшить размер вознаграждения, установленный вышеуказанным Порядком

При рассмотрении Свердловским районным судом г. Белгорода настоящего гражданского дела интересы ответчика П., место жительства которого неизвестно, на основании определения суда о назначении адвоката в качестве представителя представляла адвокат Центральной Свердловской адвокатской конторы г. Белгорода в судебном заседании 29 и 30 апреля 2015 г. В адресованном суду первой инстанции заявлении адвокат просила вынести определение об оплате ее труда за два дня занятости в размере 1100 руб. Определением судьи постановлено произвести оплату вознаграждения за оказанную юридическую помощь 550 руб.
Определение отменено в апелляционном порядке.
Действующим гражданским процессуальным законодательством вопрос оплаты труда адвоката, участвующего в гражданском судопроизводстве по назначению суда, не урегулирован.
В силу положений части 4 ст. 1 и части 3 ст. 11 ГПК РФ в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникшие в ходе гражданского судопроизводства, а также при отсутствии норм права, регулирующих спорное отношение, федеральные суды общей юрисдикции и мировые судьи применяют нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона).
Поскольку нормы, регулирующие порядок и размер оплаты труда адвоката, назначаемого в качестве представителя по гражданскому делу в порядке статьи 50 ГПК РФ, отсутствуют, применению подлежат нормы, регулирующие оплату труда адвоката, назначаемого по уголовным делам.
В соответствии с пунктом 8 ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и согласно статье 50 УПК РФ труд адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, оплачивается за счет средств федерального бюджета, а размер и порядок вознаграждения адвоката в этих случаях устанавливаются Правительством Российской Федерации.
Правительство Российской Федерации, реализуя предоставленные ему полномочия, Постановлением от 1 декабря 2012 г. N 1240 утвердило Положение о порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением гражданского дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации (далее - Положение), которым установлен размер вознаграждения адвоката, участвующего в уголовном деле по назначению.
В соответствии с п. 23 Положения размер вознаграждения адвоката, участвующего в уголовном деле по назначению, за один рабочий день составляет не менее 550 рублей и не более 1200 рублей.
Порядок расчета размера вознаграждения адвоката в зависимости от сложности уголовного дела утверждается Министерством юстиции Российской Федерации совместно с Министерством финансов Российской Федерации по согласованию с государственными органами, наделенными полномочиями по производству дознания и предварительного следствия, и Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации.
На основании Приказа Министерства Юстиции РФ N 174 и Министерства Финансов РФ N 122н от 05.09.2012 утвержден Порядок расчета вознаграждения адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, в зависимости от сложности уголовного дела.
В соответствии с пунктом 2 указанного Порядка с 1 января 2013 г. размер вознаграждения адвоката составляет за один день участия не менее 550 рублей и не более 1200 рублей, а за один день участия, являющийся нерабочим праздничным днем или выходным днем, а также в ночное время - не менее 1100 рублей и не более 2400 рублей.
Принимая решение о выплате адвокату вознаграждения в размере 550 руб., судья сослался на объявление перерыва в судебном заседании 29 апреля 2015 г. и что 30 апреля 2015 г. суд лишь исследовал письменные доказательства и выслушал прения сторон.
При этом судьей не принято во внимание, что время занятости адвоката исчисляется в днях, в которые адвокат был фактически занят выполнением поручения по соответствующему уголовному делу вне зависимости от длительности работы в течение дня по данному уголовному делу, в том числе в течение нерабочего праздничного дня или выходного дня, ночного времени (пункт 3 упомянутого Порядка).
При этом право суда уменьшить размер вознаграждения адвоката, установленный вышеуказанным Порядком, в том числе по мотивам, изложенным в обжалуемом определении, законодательство Российской Федерации не предусматривает.
Допущенное судьей нарушение является основанием для отмены определения (пункт 4 части 1 ст. 330 ГПК РФ). Отменяя определение судьи и разрешая вопрос по существу, судебная коллегия находит основания для оплаты за счет средств федерального бюджета работы адвоката в течение 2 дней в размере (550 руб. Х 2 дня) 1100 рублей.


© 2016-2017 iPRAVO.info
Сайт находится под управлением компании «Юристы 365»
Все права защищены.
Обратная связь